О подвиге ликвидаторов Чернобыльской аварии написано много. Но когда беседуешь с человеком, который 40 лет назад, рискуя всем, отправился в самое пекло, понимаешь, что каждая такая история – это личный подвиг, о котором хочется написать. С нашим земляком Николаем Елисеевым мы не успели встретиться перед памятной датой. Николай Васильевич был в госпитале, где поправлял здоровье, подорванное той самой далёкой весной 1986-го. Сегодня мы восполняем пробел. И это не просто воспоминания, а урок мужества для всех нас.

Чувство долга
24 года жизнь Николая Елисеева, недавно отслужившего в армии, разделилась на «до» и «после». Молодой человек работал дежурным по станции на Северо-Кавказской железной дороге в Крымске («9-ый километр»). В ночь аварии он был на смене. Помнит, как поступил приказ министра путей сообщения: все поезда с цементом гнать на Украину. Тогда он ещё не до конца осознавал, зачем. Чуть позже стало понятно, что цемент нужен для возведения бетонного саркофага.
Николай Елисеев срочную службу отслужил в военизированной пожарной охране, а потому его мобилизовали в числе первых. 15 мая 1986 года он прибыл в Динской полк гражданской обороны, а 18 мая уже был в эпицентре событий.
Так герой нашего материала оказался практически на передовой борьбы со страшными последствиями чернобыльской катастрофы.
– Когда нас собрали в Динской, выяснилось, что у меня бронь, как у работника железной дороги. Хотели отправить обратно, но я понимал, что вместо меня возьмут какого-нибудь 18-летнего парня-срочника. И тогда в кабинете военачальника я написал заявление: мол, прошу направить меня на ликвидацию, потому что я – гражданин своей страны и хочу выполнить свой долг до конца, – вспоминает Николай Васильевич. – Ни разу я не пожалел о своём решении. Иначе не смог бы. Как бы я потом в глаза смотрел матери, жене, детям и внукам?

Про невидимый фронт
Главной задачей отряда, в котором работал наш земляк, была дезактивация –смыв радиоактивной пыли специальными растворами с крыш зданий, улиц, территории самой станции. Работа кипела круглосуточно.
Сначала ребят направили в посёлок Новый Мир Полесского района Киевской области, но радиационный фон менялся стремительно, и ночью всю группу перебросили в Варовичи и Буда-Варовичи. Потом был город Припять. Сейчас это покинутый город и мёртвые сёла в зоне отчуждения.
Та весна навсегда изменила жизнь Николая Васильевича. Уже по возвращении домой начались проблемы со здоровьем – та самая цена, которую платят герои Чернобыля. Но о себе наш собеседник переживает мало. Больше его заботят люди, которые были там, ликвидировали, подорвали здоровье, но по разным причинам не получили заслуженных льгот и должного внимания. А ещё Николай Елисеев очень тепло отзывается о «невидимом фронте Чернобыля».
– Есть у нас такие герои, которых не хвалят, о которых не пишут в прессе, – говорит Николай Елисеев. – Это наши жёны, наши матери и дети. Они провожали нас туда со слезами, ждали с тревогой, а теперь ведут борьбу за наши жизни, лечат и ухаживают. Вот они, несомненно, достойны внимания и слов благодарности.

Ждать ещё тысячу лет
Спустя десятилетия международное сообщество доказало страшную цифру: после взрыва на ЧАЭС выпало в 400 раз больше радиоактивных осадков, чем от бомб, сброшенных США в 1945 году на Хиросиму и Нагасаки. По словам специалистов, при взрыве реактора наружу попало в 500 раз больше опасных веществ, чем в Японии, к тому же в Чернобыле были и такие вещества, которых не обнаружили в Хиросиме и Нагасаки, – это йод, америций, стронций, плутоний. Всё это позволяет делать только самые невесёлые прогнозы: люди смогут снова жить на территории вокруг Чернобыля не раньше чем через тысячу лет.
Радиоактивное облако, выброшенное при аварии на высоту более километра, накрыло не только Украину, Белоруссию и Европу. 2 мая 1986 года повышенный фон зафиксировали в Японии, 4 мая – в Китае, а 5-6 мая – в США и Канаде.
Всего в ликвидации последствий аварии участвовало около 600 тысяч человек из всего Советского Союза. Только из Краснодарского края было призвано почти 12 тысяч жителей. В те страшные майские дни 1986-го на борьбу с последствиями катастрофы поднялись самые смелые и отважные мужчины, настоящие герои нашей страны.

Беда не должна повториться
Николай Васильевич в разговоре неоднократно выразил искреннее восхищение поступками настоящих мужчин, независимо от их возраста, должности или звания. Особые слова благодарности наш герой адресует вертолётчикам. Именно они, имея уникальный афганский опыт полётов на малых высотах, с 1 по 6 мая, рискуя жизнями, в нечеловеческих условиях засыпали горящий реактор тоннами свинца, песка и бора, чтобы остановить дальнейшее распространение радиации.
Прошло 40 лет. Но сегодня слова 64-летнего ликвидатора звучат как набат, особенно в свете событий на территории бывшей Украинской ССР. Идут боевые действия, каждый день мы слышим о попытках киевского режима нанести удары по объектам атомной энергетики. Николай Васильевич не скрывает своей тревоги.
– Мы слышим из новостей о дронах, которые летят на Запорожскую АЭС. Это очень страшно. Нельзя ни в коем случае допустить новой трагедии. Во всём мире нет до сих пор специальных средств для локализации этой гадости. В сегодняшних условиях всё может быть гораздо хуже, – говорит наш собеседник и подытоживает: – Мы свой долг выполнили. А долг молодёжи – помнить и сделать всё, чтобы этот кошмар никогда не повторился.

Нелля СОТНИЧЕНКО.